50 и одно дыхание легче - Лина Мур

— Ещё раз.

— Я беременна. Я была в больнице, и мне поставили срок семь недель, вроде бы. Но сегодня у меня начались боли внизу живота. В интернете я прочитала о том, что это симптомы выкидыша, а я его не хочу. Я прошу о помощи, — едва слышно произношу я.

— Ты не сделала укол?

— Нет. Я забыла. Из головы вылетело, вот и результат. Но я не жалею и поэтому прошу вас, Пирс, помочь мне сохранить ребёнка и пока не говорить Нику. Вы видели, у нас сейчас довольно сложные отношения, да ещё и покушения. Они с ума сводят, — сдавленно говорю я.

— Так. Ты сдавала анализы? — Спрашивает он.

— Нет. Я думала об аборте, и мне выписали направление, но я отказалась от этого, — отрицательно мотаю головой.

— Нам придётся взять у тебя кровь и сделать анализ мочи. Это займёт не больше двадцати минут, за это время я тебя осмотрю.

— Хорошо. Только ему, пожалуйста, ни слова. Он и так весь на нервах, да и я поступаю не самым понимающим образом. Не могу контролировать злость и ярость. Она вспыхивает внутри меня, а потом слёзы. Это… меня выматывает, как и боли. Мне страшно, — шёпотом признаюсь я.

— Я понял. Ничего ему не скажу, но тебе придётся в этом признаться, Мишель. Ребёнок — это не просто. Это намного серьёзнее, чем ты думаешь…

— Я знаю. Только не сейчас. Я не могу сделать это сейчас, — перебиваю его, умоляюще смотря на Пирса.

— Сейчас я вызову медсестру и попрошу взять у тебя кровь, дам тебе баночку для анализа мочи. Гормоны, проверим гормоны для Николаса, — он поднимается со стула, и я быстро киваю.

Пирс проходит мимо меня и открывает дверь. Он зовёт медсестру обратно, и я слышу голос Ника.

— Пирс, что случилось? Что с ней? — Его голос напуган, и мне теперь так стыдно за то, что я накричала на него. Любимый мой…

— Ничего страшного. Болезненные месячные, это её испугало. Нам нужно сделать пару анализов и посмотреть, какие лекарства выписать ей сейчас, чтобы ослабить спазмы. Видимо, какой-то гормон зашкаливает, а какого-то не хватает. Всё в порядке нормы, такое случается у большинства девушек, которые делают противозачаточные уколы, — облегчённо вздыхаю, когда Пирс лжёт ради меня.

— Понятно.

Медсестра входит в кабинет, и меня ведут к дальнему углу, где сажают на кушетку и берут кровь. Мне передают баночку, и Пирс рассказывает, где находится туалет. Киваю ему и выхожу из кабинета. Ник оборачивается, а я замираю.

— Прости меня, я…

— Всё в порядке. Я тоже дура, — шепчу, медленно подходя к нему.

— Крошка, прости, я боюсь, что ты, правда, решишь сбежать и не выдержишь этого напряжения. Прости меня, я не отпущу тебя. Со зла сказал, — Николас обнимает меня и целует в макушку. Боже, если бы я могла быть честной сейчас. Но не в силах…

— Мне нужно сдать анализ, — тихо произношу я.

— Я буду здесь ждать тебя.

Бреду к туалету и собираю «материал». Мою руки и возвращаюсь в кабинет. Передаю баночку медсестре.

— Тебя смотрели на кресле или сделали УЗИ? — Спрашивает Пирс.

— УЗИ.

— Хорошо, ложись. Подними платье и опусти немного бельё.

Устраиваюсь на кушетке, и Пирс выдавливает мне на живот гель, а затем водит по нему датчиком.

— Хочешь посмотреть?

— Да, — шепчу я.

И впервые я вижу своего ребёнка. Это счастье. Вот этот непонятный овал — мой ребёнок. Пирс что-то нажимает и раздаются шумы.

— Сердцебиение в норме, — говорит он.

— С ним всё нормально, да? Он жив?

— Жив, и с ним всё пока стабильно. Срок десять недель. Тонус у тебя, Мишель. Скорее всего, это и стало причиной болей. Из-за этого сильного и постоянного тонуса может быть выкидыш. Сейчас дождёмся анализов, и я выпишу для тебя лекарства, которые тебе следует принимать каждый день. Витамины и гормоны, чтобы ослабить тонус. И я бы посоветовал не нервничать, особенно не кричать. Это сильно влияет на мышцы и стягивает их.

— Хорошо, я постараюсь. А скоро будет расти живот?

— Через пару месяцев уже будет заметно, что ты очень плотно поела, и эта «еда» никуда не уйдёт. А дальше всё зависит от размеров плода. Но могу сказать, что он будет немаленький. Пол пока не видно, — отвечает Пирс, вытирая с моего живота гель.

— А также у тебя нужно взять мазок. Это не больно. Я сделаю всё осторожно, чтобы не усугубить ситуацию. Если боли появятся снова, то я пропишу тебе свечи. Они обезболивающие, и помогут расслабить мышцы, — внимательно слушая, киваю.

— Переоденься в одноразовую сорочку за ширмой. У тебя есть ещё какие-то вопросы, Мишель? — Пожимаю плечами.

— Не могу вспомнить, — признаюсь я.

— Время ещё есть, — Пирс улыбается мне и меняет перчатки, а я иду переодеваться. Аккуратно складываю свою одежду и надеваю сорочку. Возвращаюсь и Пирс помогает мне забраться в кресло. Жмурюсь от яркого света и пытаюсь расслабиться. Я практически ничего не чувствую, кроме того стыда, что когда Пирс встречает меня на приёмах, а в уме видит то, что скрыто под моими трусиками.

— Всё, одевайся и возвращайся ко мне.

Поднимаюсь из кресла и натягиваю обратно свою одежду. Сорочку бросаю в урну. Подхожу к столу, и в этот момент входит медсестра, а вместе с ней и Ник.

— Всё в порядке? — Озабоченно спрашивает он, когда Пирс получает результаты анализов.

— Да, всё нормально, — киваю я.

— Я больше не могу там сидеть и не знать, что происходит. Она больна? Нужны какие-то процедуры? — Нервно спрашивает Ник.

— Мишель не больна, Николас. Она просто женщина, вот и всё. Такое с ними случается, и это не смертельно, — цокает Пирс, бросая на Николаса взгляд, а затем поворачивается к компьютеру.

— Всё подтвердилось, Мишель. То, что я сказал тебе, анализы это показали, — значит, десять недель. Ещё две недели и токсикоз прекратит меня мучить.

— Что подтвердилось? — Допытывается Ник.

— То, что организму Мишель не хватает гормонов… счастья, Николас. Именно счастья и заботы, — усмехается Пирс.

Ник недовольно поджимает губы, а я тихо хихикаю. Мне, правда, их недостаёт в последнее время.

— Выпишу препараты и свечи, о которых мы говорили. Сегодня используй одну. Жду тебя на приёме через две с половиной недели, Мишель, чтобы посмотреть, как дела, — Пирс поднимается из кресла и протягивает мне лист, но его перехватывает Ник и сразу читает.

Я напряжённо смотрю на Пирса, но он улыбается мне, заверяя, что обманул его. Облегчённо отвечаю улыбкой и одними губами говорю: «Спасибо».

Мы выходим из кабинета и спускаемся вниз. Нас снова окружает охрана, и так мы доходим до машины.

— Майкл, это нужно купить в ближайшей аптеке, — Ник протягивает ему лист и помогает мне забраться в машину. Очень бережно, что меня, несомненно, радует.